В эти выходные, кроме посещения музея, мы с моим другом ездили ещё и в Антоновку Спасского района, — там у моего друга директором школы, размещённой в здании бывшей усадьбы Мусина-Пушкина, работает родственник.

Он предложил нам показать здание школы, пока она закрыто на каникулы. Так как мы всё равно собирались в эту сторону, согласились с удовольствием. Это огромное двухэтажное здание, думаю ещё напишу что-нибудь про него. А пока выложу только отпечаток плитки, которой был когда-то покрыт пол огромного огороженного железной решёткой балкона, куда владелец усадьбы выходил из своего кабинета.

Что поделать, если мне больше зданий нравятся такие их детали.

Обработанный отпечаток плитки на балконе бывшей усадьбы Мусина-Пушкина в селе Антоновка (Спасский район)

Отпечаток был еле виден, я выкрутил контраст и экспозицию, чтобы рассмотреть что там написано, а потом нашёл похожую фотографию и, сделав из неё контурную маску, наложил сверху.

Аббревиатура ТБЭБХ в центре расшифровывается как «Товарищество барона Эдуарда Бергенгейма в Харькове». Плитка была изготовлена на его заводе керамических изделий, построенном в 1876 году, товарищество было образовано намного позже — 16 января 1891 года.

Плитка Бергенгейма частенько встречается у нас в Татарстане, да и по всей России тоже. Например, её отпечатки я видел на полу храма в честь Кирилла Белозерского в селе Каймары Высокогорского района.

После революции завод продолжил работать как Харьковский керамический завод, уже, конечно, безо всякого упоминания барона, да и качество сильно ухудшилось.

Читаю сейчас «Валаамскую тетрадь» Евгения Кузнецова. Честно сказать совсем не нравится. Тяжёлый какой-то язык, как по мне, да ещё и стилизованный под церковную речь непонятно зачем — книжка-то современная, 2001-го года выпуска. Читаю только потому, что заинтересовался историей острова Валаам, хочется ознакомиться.

На острове с давних времён располагается Валаамский монастырь и я сейчас на том месте, где с большим пиететом описывается история его возникновения. А поскольку речь там частенько заходит о христианском боге, слово «Бог», как это принято, почти везде написано с большой буквы.

Но почему-то в выражении «почивший в Бозе» («уснувший в Боге») слово «Бозе» у автора везде с маленькой:

Иеромонах Нектарий, в 1806 году тяжело захворавший, был отправлен в Иркутск, где и почил в бозе в году 1814. […] Могила Святого Преподобного Германа Аляскинского! Он почил в бозе в конце 1837 года, отдав 44 года жизни своей, служения своего подвижнического людям того далекого, холодного края.

Для светского текста, думаю, такое вполне нормально, но в настолько религиозной книге смотрится очень странно.