С годами появляется любовь к очень странным штукам. Странным настолько, что сам удивляешься, — как, чёрт возьми, можно это любить? Ты нормальный вообще?

Вот относительно свежее приобретение — очень мне, оказывается, нравится наблюдать когда под чем-то свежим пробивается, как лопух из асфальта, что-то старое — заложенные двери, полустёртые надписи, старинные обои.

Сквозь стену старинного здания просвечивает когда-то заложенная дверь

Хожу иногда на работу мимо недавно протрескавшегося сквозь стену проёма двери. Судя по форме и году постройки здания — это какой-то старый вход в здание. При очередном ремонте эту трещину косметически замажут, а пока она радует мне глаз. Отчего — непонятно. Необъяснимо. Трещина же, непорядок.

В чатах по искусственному интеллекту идут довольно жаркие споры как относиться к авторам, которые скрывают соавторство нейросетей или даже присваивают себе тексты, полностью написанные какой-нибудь нейросеткой.

В том ключе — надо ли поносить их за это или относиться к ним так же, как к тем, кто использует текстовый редактор, вместо того, чтобы писать всё от руки.

Не вижу чем ситуация с нейросетями сильно отличается от использования так называемых «литературных негров» (более корректный термин сейчас — автор-призрак, но он ещё мало распространён). Насколько я понимаю, единого отношения нет — кто-то считает использование «призраков» нормальным, кто-то такую практику презирает, консенсуса нет.

Если касаться художественной литературы, я не вижу ничего плохого в том, чтобы использовать нейросети для второстепенных сцен, филлеров и прочей воды, но мне бы хотелось понимать чья воля стоит за книгой, чья это идея, кто прописал персонажей и свёл всё воедино.

С другой стороны, мне всё равно кто написал учебник, — нейросеть или человек. Наверняка хороший учебник написать столь же сложно, как хорошую художественную литературу, но эмоционально меня учебники не трогают, за ними человека я не чувствую, мне всё равно, если не буду чувствовать и впредь.

В общем, мой ответ — там, где произведение пытается вызвать у меня эмоции, мне бы хотелось, чтобы за этим стоял человек, там где эмоций нет, мне всё равно.