Матрёна Григорьевна Степанищева

Как наверное помнят некоторые мои читатели, в одно время я серьёзно занимался исследованием своих предков — рылся в архивах, заказывал выписки, рисовал дерево. Но потом поток источников стал иссякать и хотя кое-где случались прорывы, со временем исследовать было нечего — разве что надеяться, что в каком-нибудь фонде случайно найдётся что-нибудь о моих предках.

Я надеяться не стал, решил подождать, когда кто-нибудь научится оцифровывать рукописный текст, а искусственный интеллект разовьётся до такой степени, что сможет нарисовать в считанные мгновения дерево любому человеку.

Пока этого не случилось, но мне иногда присылают прямо-таки уникальные выписки, в отдельных случаях касающиеся моих прямых предков.

Кусок моего родового дерева; мне не было известно как звали жену Констентина

Пару часов назад прислали документ из архива РГАДА (фонд 580, опись 1, дело 2353). Документ содержит челобитную, поданную 19 сентября 1753 года:

Всепресветлейшая державнейшая великая государыня, императрица Елисавет Петровна, самодержица Всероссииская, государыни всемилостивейшая

Бьет челом Старооскольского уезду, Заровенского Стану, села Средней Апочки аднадворец Яков Михаилов сын Жилин того ж села на жителку, вдову, драгунскую жену Матрену Григорьеву дочь Степанищеву, и на детеи ее, Ивана да на Сергея, Костентиновых детей Степанищевых, а в чем мое челобитье, тому следуют пункты

С прошлого 732-го году у вышеписанной вдовы Матрены Григорьевой дочери Степанищевой находился я, именованный, по 742 год в доме ее по найму в работниках, точию за те годы, как тогда, так и ныне, заработных денег, незнаемо для чего, не заплатила, чем меня, именованного, привела в самою бедность, за чем по отбытии, а мою от неи поныне никаким куренишкам (?) не собрался, и за тем остал плотежа подушного окладу

И как в том 742-м году от неи, вдовы Матрены Степанищевой, отшел, то за неимением у меня, имянованного, и у брата моего, аднадворца Еремы Жилина, собственного гумна, свозили к ней, Матрены, в гумне с поля своего хлеба, ржи шестьдесят копен ценою копна по одному рублю |Лист 1об|, авса тритцать копен ценою капна по сороку копеяк, всего по цене на семдесят на два рубли, и тот хлеб вышеозначенныя дети ее Матрены, Иван да Сергей Степанищевы с людьми своими, знатно, с позволения ее, перемолотили, а мне, имянованному, не знаемо для чего не возвратили ж

И дабы высочайшим вашего императорского величества указом повелено было сие мое челобитье в Старооскольской Воеводской Канцелярии, приняв, записать, и вышепоказанную вдову Матрену Григорьеву дочь, и детей ее, Ивана да Сергея, Степанищевых, сыскав и по сыске в заработных деньгах, и в перемолоте поставленного в гумне ее моего хлеба, в силе вашего императорскаго величества указов произвесть суд по форме, а ежели ани, вдова и дети ее, в чем будет запиратца, то во время суда изобличать буду

Всемилостивейшая государыня, прошу вашего императорского величества о сем моем челобитье решение учинить, 1753 году сентября 20 дня, к поданию надлежит в Старооскольскую Воеводскую Канцелярию, челобития писал Лантмилицкого Старооскольского полку ротной писарь Андрей Попов

К сей челобитной Ландмилицкого Староосколького полку ротнои писарь Ларион Панин вместо аднадворца Якова Жилина по ево прошению руку приложил

Текст длинный, но существенно для меня здесь всего несколько вещей: в 1753 году около Старого Оскола жила Матрёна Григорьевна Степанищева, вдова драгуна Констентина, у которой было два сына — Иван и Сергей.

Драгун Констентин с сыном Сергеем у меня имеется — это мой прямой предок. Написавший челобитную Яков Жилин, к слову, его двоюродный брат, с которым они когда-то дрались.

Получается, документ добавляет к моему дереву три существенные вещи — 1) к сентябрю 1754 года Констентин помер, 2) его жену звали Матрёна Григорьевна, а кроме того, 3) у него был ещё один сын — Иван.

У истории, кстати, есть продолжение — за Степанищевыми прислали людей, которые дальше пишут, что Сергея они не застали, так как тот был в отлучке в Яблоновском уезде, слободе Хмелевой, для продажи хлеба, а Матрёну и Ивана привели в Старооскольскую Воеводскую Канцелярию.