Егор Фёдорович Миронов

На какой-то период история моего рода станет, по всей видимости, моим главным хобби, просто потому что сейчас вскрылось неожиданно много материала по некоторым веткам — спасибо архивам города Самара и Башкортостана, которые доступны в электронном виде.

Поэтому какое-то время я буду часто об этом писать. Практика показала, что некоторые подробности быстро забываются и потом без этих записей становится туго.

Егор Фёдорович — мой прапрапрапрапрапрадед со стороны мамы, собственно эту фамилию он не носил — её дал роду его сын, Мирон Егорович, да и то, гораздо позднее.

В отличие от других веток, где мои крестьянские корни на деле оказались родом из однодворцев, Мироновы, по всей видимости, «честные» крестьяне — я уже приблизился к периоду когда сословие однодворцев упраздняли, тем не менее, никаких признаков смены сословия у Мироновых я (пока) не вижу.

Почему я вообще пишу об этом предке. Окрестности Бугульмы, где жили мои предки в 18-19 веках, активно заселялись, это была одна из границ государства, туда переселяли солдат, чтобы её охранять, крестьян, чтобы строить укрепления (засечные линии), туда сбегали крепостные, в поисках свободы.

Моих предков так же переселяли, а иногда они переселялись сами по каким-либо причинам. Обычно мне везло — при просмотре документов где-то попадалась надпись откуда эта семья переехала (например, у Широкобоковых так).

С Мироновыми иначе — они жили (и многие потомки живут, кстати, до сих пор) в Новой Письмянке (сейчас — пригород Лениногорска), а первая ревизия по этому населённому пункту, которую мне удалось найти — за 1811 год. К сожалению, на сей раз в ревизии не указано откуда же они перебрались.

Что делать? Вспоминать историю!

В 1790-х годах жители Письмянской Ясашной слободы (сейчас — село Старая Письмянка) начали «задыхаться» от тесноты и переезжать на новое место — поближе к построенной в нескольких километрах неким Шишковым мельницы на реке Камышла. Так и возникла Новая Письмянка.

Т. е. вероятно мои Мироновы — переселенцы из Старой Письмянки, что при изучении бумаг тут же подтвердилось — в переписи от 30 ноября 1795 года они находятся на 61-й странице — Егор с детьми Григорием, Мироном и Нефёдом подходящих возрастов.

Причём сразу становится известным его отчество, полное имя его жены (Степанида Естифеевна), а так же годы их рождения и смерти. Например, напротив Егора Фёдоровича стоит «47» — это возраст его на предыдущую ревизию (она была в 1782 году) и «умре в 791» — умер в 1791 году.

Из Новой Письмянки у меня две ветки — есть ещё Макридины, буду сегодня их тут же искать, надеюсь повезёт, найду и количество населённых пунктов, которые нужно исследовать, уменьшится на один.

Старая же Письмянка основана в 1738 году, по одной из версий — донским есаулом Иваном Письмянцевым (или Письмянским), который то ли бежал в те края, то ли бы сослан:

По древнему преданию, передаваемому от одного поколения жителей Старой Письмянки к другому, своим названием их лениногорское село обязано донскому есаулу Ивану Письмянскому, который был сподвижником Емельяна Пугачева.

После разгрома крестьянской армии он укрылся от преследований войск Екатерины II более трехсот лет назад с немногочисленной ватагой казаков на нынешнем юго-востоке Татарстана, где средь густых лесов в предгорьях Урала основал на берегу реки Степной Зай поселение, названное затем Письмянкой.

А Старой она стала называться после того, как часть тех беглых пугачевцев, покинув есаула, двинулась дальше, и то место, где они осели, назвали Новой Письмянкой.

Интересно, что у одной из веток Мироновых (мы так пока и не выяснили родственники мы или нет), есть семейная легенда, что их род идёт от некого казака, основавшего в незапамятные времена Письмянку.

Если окажется, что у нас общие предки, легенда станет и моей тоже. А самое интересное, что с представителем этой ветки Мироновых я познакомился случайно, в Казани — одна из наших офисных секретарей выходила за него замуж.

К сожалению, легенда плохо согласуется с историей — Старая Письмянка, как я писал выше, основана в 1738, а Емельян Пугачёв родился только через четыре года. Возможно тут имеет место смешение двух разных историй как часто бывает в легендах.