В конце девяностых—начале нулевых мы постоянно поправляли тех, кто считал, что веб и интернет — это одно и то же. Веб только начинался, мы как раз его делали (в Казани было очень мало крупных сайтов, к которым я не приложил руку — верстал, программировал бэк и фронт, администрировал, модерировал и так далее) и он был только малой частью интернета.

Кроме веба у нас тогда были:

• «аська» — сверхпопулярный мессенджер;
• почта — тогда она была важной частью интернета, мы очень часто переписывались по почте;
• «ньюсы» — тематические группы общения по протоколу «news» (NNTP);
• «айэрси» — IRC, специализированные чаты, вроде современных групповых чатов «телеграма»;
• «эфтипи» — FTP, протокол обмена файлами, где мы постоянно искали необходимый софт;

…и чёрт знает что ещё, о чём я мог забыть — про какие-нибудь пиринговые сети, например.

Я хочу сказать, что интернет был крайне сегментированной штукой. Например, не существовало никакого способа поискать что-то везде.

Поисковые машины, которые тогда появлялись, пытались что-то с этим делать — индексировать «ньюсы» и «эфтипи», предлагать решения для поиска на локальных ресурсах и прочее.

Потом пришла эпоха веба, и всё это отошло на второй план. Мы стали всё тащить в веб — мессенджеры, магазины, почту, тематические группы и так далее. В большинстве случаев этот способ доступа к сервисам стал первичным — браузер стали рассматривать как новую операционную систему. В 1999-м, предвосхитив эту тенденцию, я написал свой эмулятор «Джуникс».

Любопытно, что сейчас мы переживаем обратное явление — сегментация вернулась и даже усугубилась. У нас несколько ходовых менеджеров сравнимой популярности, плюс новые их разновидности, вроде «Дискорда», закрытые снаружи соцсети со специальными приложениями под них, да и вообще — приложения считаются первичным способом входа, а иногда и единственным для очень многих сервисов.

Я всё чаще, пытаясь найти какую-то информацию, не понимаю где мне её искать — я читал про это в «Фейсбуке»? мне прислали это в мессенджере? а в каком? может быть это был пост в «инстаграмме»? Мысль, которую я не утащил себе в блог или не сохранил себе в заметках, можно считать потерянной — я её потом вряд ли найду.

Скучаю по временам бума текстовых блогов, когда почти наверное всё интересующее меня можно было так или иначе найти, не выходя из веба.

Если пофантазировать, решить мою проблему можно, — сделать какое-то приложение, которое просматривало бы всё, что я открываю на экране своих устройств, в реальном времени распознавало эту информацию в текстовом виде, классифицировала её по тематике и важности, а потом сохраняла реферат вместе со ссылкой на источник.

Если потом поверх прикрутить хороший поиск и нейроассистента, в которого можно было бы сказать «ну что-то вот я такое читал или смотрел, не помню когда, кажется в этом году, у Дробышевского» и он бы понимал, что раз Дробышевский, то значит антрополог, надо посмотреть антропологов, но у Дробышевского искать в первую очередь, поискать сначала в текущем году, но на нём не останавливаться и так далее.

Кажется это может быть частью нейроангела — концепции, которую я обдумываю на досуге. Это сервис, который решает рутинные вопросы в жизни, предвосхищает проблемы и подсказывает лайфкахи, когда они действительно нужны. Приложение с синтетической житейской смекалкой, которое могло бы стратегически направлять человека в жизни.

Очень понравилось объяснение разницы между наукой и религией в книге «Отчаяние» Грега Игана:

Предположим, завтра всё человечество исчезнет с лица земли, и пройдет несколько миллионов лет, пока новые виды создадут свои религиозные и научные культуры. Что, по-вашему, будет общего между новыми религиями и старыми — современными нам?

Полагаю, лишь некие этические принципы, возводимые к общему биологическому наследству: половому размножению, воспитанию детей, преимуществам альтруизма, ожиданию смерти. А если биология будет отличаться очень сильно, перекрытий может не быть вообще.

Однако, если мы подождём, пока новая научная культура придет к идее ТВ, тогда, я верю, насколько отличной ни выглядела бы та «на бумаге», она будет в конечном счёте математически сводимой к нашей ТВ — как любой первокурсник способен доказать, что все формулировки уравнений Максвелла описывают в точности одно и то же.

В этом и разница. Учёные начинают со споров, но приходят к согласию, независимо от культуры, к которой принадлежат.