Продолжение истории с кладбища

В 2013 году мы с женой ездили на малую родину в небольшую экспедицию — тогда я активно изучал своё родовое дерево и очень надеялся найти какие-нибудь неизвестные до этого могилы предков.

В этом я не преуспел, зато пофографировал старинные каменные надгробья, редкие для той части Татарстана, где я родился. Какой-то особой цели у меня не было, просто хотелось запечатлеть уходящую историю — на кладбищах постоянно хоронят поверх старых могил.

А четыре дня назад случилось нечто, придающее моим действиям дополнительный смысл, — мне написал человек, который с помощью моей заметки разыскал родственников, — под двумя надгробиями похоронены двоюродные братья его прапрапрадеда. Он съездил к ним на могилы и привёл их в порядок — убрался и прорисовал буквы на камнях.

Говорит это самые старые могилы родственников, которые сохранились.

Под сим камним покоитсѧ прахъ божиѧ раб Семена Емельѧнова Выдрина

Здесь покоится Василѣи Егорочъ Выдренъ сконча 1889 года декб 24 днѧ. Миръ праху твоему дорогой родитэль

Интересно, что на одном из камней почти полностью отсутствуют «еры» («ъ») в конце слов. То ли сэкономили, то ли просто написано с ошибками — в других местах их хватает.

В этих могилах в Старой Письмянке покоятся Василий Егорович (1827—1889) и Семён Емельянович Выдрины (1824—?). Пишу, чтобы легче гуглилось, вдруг ещё какие их родственники объявятся.

Глядя на то, что сохранилось от предков у моих знакомых и друзей, иногда складывается ощущение, что история заинтересована в том, чтобы вычеркнуть меня из себя — настолько мало материальных следов существования нашего рода осталось.

Этому есть, конечно, вполне объективные причины: очень многое было просто выброшено, сгорело в пожарах, утеряно на кладбищах — несколько очень старых могил мы просто не смогли найти, на их месте уже другие. С фотографиями тоже туго — кто бы фотографировал простых деревенских крестьян.

Впрочем, некоторым моим знакомым повезло и того меньше — они не могут пробиться дальше поколений своих дедушек и бабушек, просто не получается — поумирали все те, кто мог дать хоть малейшие зацепки.