Не могу повторить

Вчера сходил в тир, где стреляют из огнестрельного оружия. Для меня это редкий опыт — с момента первого посещения прошло шесть лет, а это всего лишь мой третий раз.

Видимо из-за большого разрыва между посещениями, в каждое посещение меня поражает насколько восприятие огнестрельного оружия деформировано голливудскими боевиками.

Два человека в наушниках на стрельбище: один в серой кофте стреляет, другой в футболке «OLEG MITROFANOV» наблюдает; видны мишени, барьеры и синий бочонок.
Я стреляю в тире из огнестрельного оружия, не видно, но в руках у меня Tanfoglio GCE

Каждый раз, как в первый, удивляюсь тому какое это оружие громкое и мощное. Мозг тут же начинает корректировать внутренний опыт, фантазируя на тему только что увиденного — вот я выстрелил в помещении и моментально оглох, вот пуля попадает в меня, ощущение, что я всем телом плашмя упал на асфальт с приличной высоты, вот я закрываюсь дверцей автомобиля от пуль, но это совершенно не помогает, меня ранили, вот я стреляю в противников почти в упор, но почти не попадаю, потому что целиться времени нет, а без этого результативность почти нулевая.

Эти фантазии до того живо ощущаются, что дальше мои мысли неизменно переключаются на Великую отечественную войну, на то как бы я воевал и вёл себя, если бы я родился в то время…

В общем, я сильно не согласен с наклейками «можем повторить», которые некоторые соотечественники клеят в день празднования Победы. Не уверен, что каждый из них может, не уверен, что я могу и не дай бог проверить это на практике.

Только стреляя из настоящего оружия, понимаешь, что как в боевиках не будет — ты не будешь бегать среди пуль, как шерстяной волчара. Скорее всего будешь мокнуть и мёрзнуть, валяясь мордой вниз в вонючем болоте, чтобы через несколько минут после начала боя словить пулю, а позже умереть, валяясь в горячке, от гангрены, потому что сквозь оцепление прорваться не удалось.

Такое в 1941—42 годах происходило сплошь и рядом. Вот такое каждый из нас точно может повторить. Вопрос в том надо ли.

Комментарии 9

hshhhhh.name № 1
Скорее всего будешь мокнуть и мёрзнуть, валяясь мордой вниз в вонючем болоте

Это ещё ничего, а вот что делать на болоте зимой и без еды -- даже думать не хочется.

Евгений Степанищев автор № 2
Это да. Мы когда последний раз на рыбалку ездили, я попытался в один момент через камыши пройти к месту стоянки. Это была ошибка — идти очень трудно, заблудиться — ничего не стоит, ещё и в болото можно легко угодить. А как повторить то же самое без еды, ночью, без ориентиров, да ещё и перетаскивая раненных и боеприпасы — точно думать не хочется.
Леонид № 3
Кстати чтобы понять что не будет как в боевиках — достаточно поиграть в пейнтбол. Там тоже не бегаешь среди пуль , а лежишь за укрытием и ждёшь момента чтобы пристрелить того, кому надоело сидеть и он решил побегать среди пуль.
Антон № 4
Tanfoglio GCE

Так непривычно видеть англоязычное название, Евгений, ты как для себя определяешь, что транслитерировать, а что нет?

Vasily Kartashov № 5
Вопрос в том надо ли.

Что значит надо? Где у немцев была возможность, там и убивали. Можно было сдаться и умереть от голода в лагере. «Можем повторить» это не про то, как «нам» понравилось, а про то, как «им» не понравилось, хоть и выражено грубовато. Парижане, конечно же, элегантнее.

hshhhhh.name № 6
Можно было сдаться и умереть от голода в лагере. «Можем повторить» это не про то, как «нам» понравилось, а про то, как «им» не понравилось, хоть и выражено грубовато.

А можно, пожалуйста, нет?

Из 9200 населённых пунктов, разрушенных и сожжённых немецкими оккупантами и коллаборационистами в Белоруссии во время Великой Отечественной войны, свыше 5295 были уничтожены вместе со всем или с частью населения в ходе карательных операций. (Согласно другим данным 5295 — количество уничтоженных населённых пунктов, в том числе 628 — вместе с населением. 186 деревень не смогли возродиться, так как были уничтожены со всеми жителями, включая матерей и грудных детей, немощных стариков и инвалидов.)