«Китайский спортсмен Ля Х… (кто?) стал победителем в тяжелой атлетике»

Кроме того, возможны звукосочетания, вызывающие в принимающем языке нежелательные ассоциации с лексикой сниженного регистра, включая вульгаризмы и бранные слова (…) Можно привести также в пример и имя персонажа шекспировской пьесы «Зимняя сказка» Perdita (…)

У Шекспира оно несёт ещё и смысловую нагрузку, будучи образовано от латинского причастия со значением «потерянная»; (…) весьма удачным представляется решение выдающегося переводчика В. В. Левика, назвавшего этот персонаж именем Утрата.

(…)

Принцип благозвучия учтён и в правилах практической транскрипции китайских имён, которые приходится передавать при переводе с языков, пользующихся латиницей, на русский язык (см. приложение 5.6; например, слог hui передаётся по-русски соответствиями хуэй или хой).

Из книги «Имена собственные на стыке языков и культур» Д. И. Ермоловича.

В Китае достаточно распространены (для того чтобы попасть в нашу прессу) фамилии, от которых у русского интеллигента уши завянут. Мне всё хотелось узнать — а почему у советского-то интеллигента уши не вяли, это наше время в прессе радостно обыгрывают победу китайского шахматиста Ни Х… ээээ… назовём его Ни Чего. А тогда-то как?

Оказывается, имена, фамилии, названия изменяли, чтобы звучали благозвучно.

Это, кстати, общая проблема. Для уха англоговорящих вряд ли благозвучны фамилии Аршавин (arse shaving), Жирков (jerk off), Шитиков (shit), в Татарстане веселье вызывает марки Petek (похоже на «бетэк») и Q-tek (звучит почти как «кутак»).