Если вы смотрели отличный советской мультфильм «Тайна третьей планеты», то должны оттуда помнить зеркала-подсолнухи. По мере роста они записывают всё, что видят, а когда вянут, отмирающие слои проигрывают записанное в обратном порядке.

Я себе иногда напоминаю вот эти зеркала-подсолнухи. Надеюсь, конечно, что не буквально и мои нейронные слои не умирают, освобождая заключённые в них воспоминания, но почему-то мне иногда вспоминаются вещи, о которых я не вспоминал десятилетиями.

Вчера, например, вспомнился дедушкин старый верстак, деревянный, широкий, с деревянными же тисками. Побитый временем он стоял когда-то в деревенском доме, где жили бабушка и прабабушка со стороны мамы. Дедушку я не застал — он умер за два года до моего рождения, а вот верстак — да.

Пока я не вырос, он простаивал, заваленный каким-то хламом. Позже, помню, уговорил бабушку расчистить его — рассчитывал что-то на нём мастерить, а кроме того мне очень хотелось прикоснуться к вещам родного человека, хоть я его никогда и не видел.

Бабушка о деде мало что рассказывала, но по всему дому, во всяких чуланах и сараях можно было наткнуться на его вещи. Например, на картины, которые он перерисовывал с открыток, расчертив их карандашом в клетку. Помню, что в одном из сараев в процессе расчистки нашлась его гармонь, но в очень плохом состоянии, мало что осталось, пришлось выкинуть.

Я тогда был в фазе какого-то активного изучения, вечно куда-то протискивался и залезал, вытаскивая весь этот полусгнивший скарб. Это была своего рода игра — мне тогда казалось, что среди ещё ненайденного обязательно будет какое-то тайное послание от него мне. Заваленный верстак тоже обнаружил однажды в процессе такой игры.

Бабушки и прабабушки давно нет, а дом продали — примерно с конца двухтысячных там живут другие люди. Если про какие-то моменты из своего детства в деревне я, конечно, вспоминаю, то про верстак я и думать давно забыл. Каким образом это воспоминание вдруг появилось на поверхности — настоящая загадка.