Как-то ехали с дочкой в такси и разговаривали о её программах на «Скретче». Дочка спросила — а не мог бы я показать мои детские программы. Я ответил, что они не сохранились, а сам задумался — а чего я там вообще писал-то?

Для первого компьютера, доступ к которому я получил — «Радио-86РК», я писал какой-то простенький текстовый редактор и интерпретатор машины Тьюринга. Потом, через много лет, понимание как работает эта машина пригодилась мне на курсе Дискретной математики в Университете. Больше программ под него не помню, хотя они точно были.

Потом у меня появился «Спектрум» и, хотя под него я программировал довольно много, но программ почти не помню. Вспомнилась только неоконченная игра «Казино», которую мы писали двоём с братишкой (точно помню как мы рисовали карты для игры в блэкджек), и программа «Паррот».

«Паррот» («Parrot» — «попугай») умела записывать в память компьютера звук с самодельного микрофона. У «Спектрума» звукового входа не было, но я его как-то подключил — я тогда довольно неплохо знал как он устроен на уровне «железа».

Сжатие, вроде бы, не использовалось — я помню, что память расходовалась очень быстро, при том, что использовалась вся доступная, даже экранная, поэтому меню было в верхней трети экрана.

Полученный звук можно было проиграть и сохранить на кассету («Спектрум» был подключен к кассетному магнитофону «Весна», программы загружались с кассет), откуда потом можно было загрузить его обратно в программу.

Разумеется она тоже не сохранилась, даже изображение, я нарисовал предполагаемый вид, но, думаю, он далёк от оригинала, я, например, совсем не помню как выглядел попугай и какими были в точности пункты меню.

Позже у нас появился Интел-совместимый компьютер, но я уже ребёнком не был.

Очень условно изображённая программа «Parrot»